В последние годы я сильно продвинулась в помощи людям, страдающим депрессией.

Именно поэтому я могу с полным на то основанием предложить свои навыки, знания и опыт для помощи людям, проходящим через тяжелый период своей жизни, сопровождающийся апатией, отсутствием удовольствия от привычных дел, чувством обессиленности и отсутствием смысла.

Однако поскольку в моей практике я чаще имею дело с женщинами, адресоваться я предпочту все же больше к ним.

С чем я не работаю?

Также я хочу ограничить свое предложение о помощи.

Я не сталкивалась с послеродовой депрессией, и, поскольку она во многом связана с гормональным фоном женщины, не могу утверждать, что знаю все тонкости этого состояния.

Также я не возьмусь работать с серьезной клинической депрессией с суициадьными намерениями и попытками суицида в анамнезе.

2 Как проходит начало психотерапии?

Итак, начиная психотерапию, женщина сначала подробно рассказывает о том, как она переживает свою депрессию и описывает свое страдание. На этом этапе моя роль помочь создать атмосферу доверия и дать поддержку тому, чтобы процесс переживания в полной мере развернулся и каждому малейшему нюансу было уделено внимание.

Здесь уместен вопрос. «Как же так? Ведь я прихожу, чтобы мне стало легче, зачем так пристально вглядываться и погружаться в тяжелые переживания.?»

Ответ звучит так.

Страдание зачастую возникает как некая безгласная, но всеохватывающая боль, которая оборачивается депрессией, если не озвучить что-то позабытое, неясное, но важное из глубины сознания.

Прежде чем искоренять страдание, важно дать ему место и понять его источник, функцию, которую оно выполняет для личности, одним словом, дать ему голос.

Иногда психологи говорят: депрессия – это не отданный издавна долг горевания, который непременно придется отдать. И чем дальше откладывать это, тем сильней навалится депрессия в будущем.

3. Какие темы звучат на психотерапевтических сеансах страдающих от депрессии людей?

Темы психотерапии – это некие смысловые узлы обсуждения. Я выяснила, что есть некоторые характерные темы, которые повторяются на сеансах у разных людей, страдающих депрессией. Давайте перечислим и кратко опишем эти темы.

1) Я себя не узнаю. Куда исчезла прежняя бойкая радостная девочка?

2) Тема брошенности.

3) Тема одиночества.

4) Отсутствие любви.

4. Куда, как и как долго мы идем в терапии?

Честно скажу, что психотерапия депрессии – это трудоемкий и долгий процесс. Он требует финансовых затрат и душевных усилий, чтобы присутствовать на сеансах регулярно, последовательно, несмотря на сложности энергетические (отсутствие сил и проблемы волевой активности) и сложности сосредоточения.

При тяжелых случаях депрессии я рекомендую женщине обратиться к психиатру, и мы образуем своего рода команду, объединившуюся против ее симптома. Женщина, психиатр, препараты и я, психотерапевт. Собравшись в такой антидепрессивный кулак, мы начинаем работать над тем, чтобы последовательно давать отпор депрессии.

Сначала это действительно такое большое «Мы». В этом есть глубокий смысл – при лечении депрессии в процессе психотерапии для начала важно восполнить первичный дефицит заботы. "Мы" буквально отбиваем у хищника-депрессии тело, которое обессилено и обесточено. "Мы" побуждаем клиентку так изменить отношения с собой, чтобы она начала элементарно заботиться о своих самых простых нуждах и училась поддерживать себя.

Наладить сон, питание, пить витамины, заниматься спортом – без этого силы и энергия не вернутся. Без этого трудно размышлять о себе и погружаться в травмы брошенности и одиночества.

На это же работают и медицинские препараты, принимать которые необходимо длительно. А потом, когда женщина начинает себя чувствовать лучше, их надо постепенно отменить без потери эффекта, что обычно тоже сопровождается тревогой о том, что симптомы вернутся. Это также становится предметом обсуждений с психотерапевтом – как отказаться от таблеток при улучшении состояния и как выдержать период отмены препарата, который иногда воспринимается как потеря опоры.

Итак, первый этап – это возвращение личности энергии, авторства желаний и способности выбирать, установление позиции клиента (понимание, в чем мои сложности и готовность занять по отношению к ним позицию исследователя и активного деятеля по изменению).

Второй этап – это проработка детских травм брошенности. Здесь важно, чтобы взрослая женщина поняла, что она

- не виновата в том, что оказалась оставленной взрослыми, которые должны были заботиться о ней,

- выразила все чувства, связанные с этим,

- и переосмыслила отношения с родителями.

Когда женщина была в детской позиции, родитель был могущественным и непогрешимым, а ребенок слабым, беспомощным и зависимым. Сейчас этот ребенок в процессе психотерапии вырастает во взрослого, который может реально оценить родителя и его ограничения, и почувствовать силу своей автономии.

Третий этап – это разговор о сегодняшней реальности. Кто рядом со мной? – вопрошает клиентка? Почему я не могу до них дотянуться, что я могу изменить – на работе, в личной жизни, с друзьями, что быть понятой, услышанной и чувствовать себя важной?

Здесь может возникнуть целебное изменение понимание того, что такое любовь. Женщина приходит к тому, что любовь - не фокус всех ее душевных устремлений на одном или нескольких, особо важных людях, когда сужается поле зрения, возникает ощущение ограниченности возможностей повлиять на другого человека.

Нет, любовь теперь ощущается как установка удовольствия, заботы и уважения, направленная на все, до чего женщина чувствует себя в силах дотянуться. Не больше, но и не меньше.

Это наполняет человека ровной силой, способствует ясности понимания своих мотивов и целей, дает возможность обращаться вглубь себя со спокойствием и интересом, чтобы лучше понимать, что хочется, и способствует появлению широкой сети социальной поддержки, которая может предоставить временную опору и ощущение совместности в кризисных ситуациях.

На все это обычно уходит в среднем от двух лет еженедельных регулярных встреч с психотерапевтом. Ну а после – начинается новая жизнь, автором которой становится взрослая самостоятельная женщина, возродившаяся птица Феникс.

В какой-то момент своей практики я поняла, что многие мои клиенты приходят за тем, чтобы получить помощь в принятии решения. Их буквально разрывает на части от того, что они мечутся между двумя равнопривлекательными альтернативами и потому не могут сдвинуться с мертвой точки.

Сначала эта ситуация бывает острой, а потом может превратиться в хроническую – когда человек месяцами и даже годами избегает личностного выбора, отдаваясь на волю прихотливых жизненных обстоятельств. Непринятое решение – это бездонный колодец, в который утекает воля, энергия, уверенность и радость жизни.

Человек, который измучен непринятым решением, может быть в принципе нерешительным. Тогда ему вообще свойственно откладывать совершение выбора, как правило, в связи с неудачным опытом тяжелых последствий своих решений.

Но порой бывает так, что решение, которое нужно принять, связано с кардинальными жизненными изменениями. Человек понимает, что выбор одной из альтернатив навсегда и бесповоротно изменит его как личность и лишит привлекательных возможностей принесенной в жертву альтернативы. Драматургия этой ситуации запускает маятник сомнения и заставляет человека раскачиваться от одной стороны выбора к другой. Иначе говоря, необходимость принесения в жертву каких-то важных амбиций, желаний, поступков при бесповоротности принятого решения сводит человека с ума, запуская внутриличностный конфликт.

В первом случае работа со сложностью принятия решения на приеме у психолога может быть названа проработкой избегания совершения личностных выборов, а во втором - проработкой ценностных конфликтов.

Процедура, как правило, состоит в том, чтобы заглянуть в себя, в каждую из альтернатив; отрешиться от прагматичных возражений, которые зачастую мешают прислушаться к своим глубоким желаниям; мысленно прожить каждую из сторон конфликта и постараться понять, в какой из них человек наиболее полно выбирает себя.